Приют "SOS" в Пирогово: история на крови

Говорят, земля много веков помнит все события, происходившие на ней. Наверное, поэтому в местах, где полегло много людей, например, на территории бывшего концлагеря, никто не может чувствовать себя спокойно и комфортно. Боль и страх живых существ как бы наполняют энергетику этого места. И не важно, были ли они людьми или животными, все мы "твари Божьи", как сказано в Писании.

Собаки и кошки, по сути, мало чем отличаются от людей. Ну, разве что внешним видом и языком общения. Да еще неумением предавать. А в остальном у них, как и у нас, есть душа, они способны чувствовать свою и чужую боль, они способны любить и ненавидеть. И их убийство, к сожалению, по закону Божьему, может быть приравнено к убийству человека. Только люди об этом почему-то забыли. И много лет в селе Пирогово «на полную катушку» работала «фабрика смерти» с приличным названием «утильцех». Здесь «утилизировали» живых существ. Вдумайтесь в это слово – УТИЛИЗИРОВАТЬ. Представьте себе глаза собаки, наивные и искренние, как у ребенка, и попытайтесь сочетать их с этим словом. Страшно.

Но по-настоящему страшно становится, когда видишь черно-белые снимки Лидии Дробинской, балерины театра оперы и балета, сохранившиеся в архивах Киевского городского общества защиты животных, основанного Максимом Рыльским. Она в 70-х годах рискнула съездить на пироговскую живодерку и сфотографировать контейнеры, куда сбрасывались тела «утилизированных» собак и кошек. На них видно, что этих ни в чем не повинных существ просто забивали железными палками, потом сдирали с полуживых шкуру и отправляли на переработку. Но все это делалось за каменными заборами, и внешне акт очистки киевских улиц от бездомных зверей выглядел вполне пристойно: поймали, погрузили в машину и увезли.

А в 1997 году Европа вздрогнула от настоящего шока: несколько активистов зоозащитных организаций – Тамара Тарнавская, Кристиан Янач, Криста Шехтл, Манфред Хииз, Анжелика Комарова и другие – через дырки в заборе сумели заснять жуткие картины человеческого зверства. Человеку с нормальной психикой видеть такое нельзя. Например, как котов сбрасывают в мешок, завязывают его и бьют палками. Этот фильм показали на Западе. Что бы там ни говорили об эгоистичном «капиталистическом» менталитете, но резонанс был настолько сильным, что мэры многих городов – побратимов Киева, заявили о возможности расторжения «братских» отношений. Перед посольствами Украины начались массовые акции протеста. И киевская власть уступила давлению международной общественности – через три месяца пироговскую живодерку закрыли. А ее место предложили международному обществу защиты животных «SOS» для обустройства там приюта. Президент общества Тамара Тарнавская приняла предложение, и на деньги обществ защиты животных Германии, Австрии, Голландии и других стран там были оборудованы вольеры, хозяйственные помещения и госпиталь для животных. С тех пор и существует пироговский приют, где теперь живут бывшие беспризорники. Их окружают любовью, лечат, стерилизуют и, по возможности, пристраивают. Все они накормлены и обогреты. А главное, они – под защитой, их никто не может ни ударить, ни покалечить, ни убить.

И все-таки кровь сотен тысяч братьев наших, погибших на этом месте, кричит, ею пропитана вся земля. Энергетически чувствительные люди ощущают это. Видимо,  двенадцать лет любви – маловато по меркам истории, чтобы вытравить зло нескольких десятков лет. И замечательным людям, работающим в приюте, еще долго придется отдавать частицы своей души, чтобы загладить чужие страшные грехи.

Пополнение идет, а пополняться-то некуда

Когда мы приехали в приют, нас встретил, как водится, разноголосый, но весьма спевшийся хор собачьих голосов. Ведь сейчас в «SOS» около 2000 животных. Сколько точно, не может сказать ни президент общества Тамара Тарнавская, ни директор приюта Наталья Андреевна.

«Я уже сбилась со счета, – разводит руками она. – Ведь только за последний месяц «добрые» люди подбросили больше сорока щенков. Оставляют прямо у ворот в кульках, коробках и просто выбрасывают на землю. Стерилизовать свою собачку, чтобы не было нежелательного потомства, наверное, денег жалко. Вот «гуманисты» и несут. А сажать-то их уже некуда – все вольеры заняты. Пришлось сбить будочки под забором, здесь они пока и обитают. Мы их кормим и следим за состоянием здоровья».

источник фото - http://www.sos-animals.info

В это время выкатившиеся из-под будки «шарики» начали дергать нас за шнурки, и, во избежание «актов обувного вандализма», нам пришлось ретироваться на территорию.

Там нас встретила группа вольногуляющих. Десятка два разных собак – от малюсенькой Викуси до рослого Полкана – живут не в вольерах, а свободно гуляют по территории. Это – старожилы приюта, они привыкли друг к другу и постоянной «свитой» ходят за Натальей Андреевной. Для них под горкой стоит ряд будок, но в жаркое время вольногуляющие предпочитают спать в ямках, вырытых прямо в горке, над будками или в тенистых местах двора. Среди них много калек – трехлапых, одноглазых, хромых. И просто старых.

источник фото - http://www.sos-animals.info

Но в элитную группу попал и красавец Полкан – крупный пятнистый молодой пес.

- Это наш «суперстар», – представила его Тамара. – Его три раза забирали люди, но каждый раз он возвращался в приют.

- Что, такой неуживчивый характер? – засомневалась я.

- Нет, просто Полкан решил, что его дом – здесь. И когда его увозили, он переставал есть, лаять и вообще все время тихо лежал. Боясь, что пес просто умрет голодной смертью, хозяева возвращали его в приют. И этот хитрый негодяй тут же начинал лопать все подряд. Все, больше не отдаем. Понимаете, он людей очень любит. И внимание к себе. Когда к нам приезжают журналисты с фотоаппаратами, а тем более, с камерами, он всегда на первом плане. Вот был в прошлом году Виталий Кличко, вы думаете, Полкан с ним не сфотографировался? Теперь его в приюте называют «Кличко-юниор». Мне кажется, он этим гордится. И на кухне он – первый, первый кусочек мяса – ему. Авторитет!

- А как Полкан попал сюда?

- Его на автостоянке отравили крысиным ядом, – вздохнула Наталья Андреевна. – Десять дней мы боролись за его жизнь – капельницы, инъекции, промывания… Но Полкан хотел жить – он старательно лечился. Но почему-то не хотел вставать. Ветврач говорит, что пора ему подняться, а этот хитрец на лапы вставать не хочет. Тогда мы решили его перехитрить: вынесли из изолятора, положили во дворе и ушли. В окошко подглядываем: огляделся – никого нет. Как же так? А где же внимание? Поднялся и пошел в помещение. Теперь вот гуляет и чувствует себя предводителем стаи.

источник фото - http://www.sos-animals.info

Кошатник – как минимум, отель «три звезды»

Для таких привередливых нежных зверей, как коты, в приюте построили отдельное помещение, куда собакам доступа нет. В корпусе – мягкие (хоть и старые) диваны, полочки с лежанками, домики. Для прогулок – свободный выход в затянутый сеткой вольер. Да и еда у котов – не то, что у собак. Они, как известно, каши не едят, им варят куриное мясо и дают сухие кошачьи корма. Меня поразило: до чего же много среди них по-настоящему красивых импозантных животных!

- А вот котов у нас совсем не берут, - вздыхает Тамара. – Собак еще как-то пристраиваем, хоть и не так много, как хотелось бы. С котами ситуация тупиковая: люди предпочитают купить на «птичке» больного котенка, мучиться с лечением, но к нам почему-то не едут. Только слышат слово «приют», вежливо отказываются. Хотя у нас животные и привитые, и стерилизованные, и здоровые.

«Да, человек – существо с необъяснимой логикой», – подумала я, гладя наперебой подставляемые головки, шейки, спинки.

Ментальность «по-украински»

За время существования приюта «SOS» трижды отправлял за границу транспорт с собаками (всего выехали 168 собак). Люди в Германии ждали, когда им привезут украинских беспризорников, чтобы взять их в свои семьи. Среди уехавших было несколько собак без лапы, несколько – без глаза и несколько – старше девяти лет. Многие, зная, что путь проходит через Польшу, и собакам в дороге тяжело, приезжали на своих автомобилях прямо на границу, чтобы побыстрее забрать своего нового питомца. Оказывается, в отличие от Украины, где в чести только породистые псы, за границей считается престижным держать в доме дворняжку, спасти чью-то жизнь, опекать нуждающееся в этом животное. Престижно взять в дом инвалида или старика. Престижно воспитывать детей на гуманных примерах. И не престижно демонстрировать «вес» своего счета в банке, покупая собаку за десятки тысяч евро. Так что, если честно, то Украина в Европе только географически. А по ментальности – на уровне первобытных племен Центральной Африки, даже до Азии мы не доросли еще!

Они нуждаются в помощи

источник фото - http://www.sos-animals.info

Атмосфера любви и доброжелательности, царящая в приюте, на какое-то время успокаивает тревогу за бездомное зверье. Но когда выходишь за ворота, она наваливается снова. Ведь пироговский приют – не «резиновый», а поголовье бывших беспризорников, как мы уже сказали, растет. Каждый день их надо накормить. Кому-то необходимо лечение или операция. Вольеры надо ремонтировать, сотрудникам – платить зарплату. Надо оплачивать электроэнергию, подвозку воды и покупать бензин. Благо дело, супермаркеты охотно отдают просроченные продукты. Но их надо забрать и привезти в приют. Годовой бюджет приюта – около 500 тыс. грн, при этом на 2 тысячи животных – 11 человек. Все эти годы наше государство не выделило ни копейки на содержание своих же животных, собранных в Пирогове. Общество существует на пожертвования иностранных граждан и помощи английских, швейцарских и немецких обществ защиты животных и наших волонтеров. «Неудобную» Тамару Тарнавскую, требующую закрыть другую живодерку – бородянскую, открытую вместо пироговской, и направить бюджетные средства на тотальную стерилизацию бездомных собак, чиновники «давят» проверками и угрозами. Хочется верить, что у Тамары и ее единомышленников хватит сил и терпения справиться и с этой бедой. Потому что все это отражается на собаках, а они-то в чем провинились перед нами?

источник фото - http://www.sos-animals.info